Вот что произошло в 1486 году по описанию Иосафата Барбаро10: - ?Эти фанатики направились к морю Баку и пришли к Саммачи и дальше к Дербенту и в область Тумени. Их было неимоверно большое количество, хотя частично и невооруженное. Когда они пришли к реке, протекающей около Каспийских гор по области Тезехия, которая называется Терч, туда, где было много христиан-католиков, они их всех убили, каждого кого там нашли, мужчин, женщин и детей. После этого они разлились по стране Гога и Магога, которая была христианской по греческому ритуалу, и обошлись там подобным образом. Тогда обернулись они против Черкасии, двигаясь в сторону Чиппиче и Чарбатри к Великому морю и, там разделались так же. И они не успокоились до тех пор, пока население Татаркозии и Гремуча11 не восстало и, вступив с ними в бой, так их разгромило, что не осталось и двадцати из сотни, которым удалось бежать назад в свою страну. Так мы могли хорошо себе представить, что пережили там бедные христиане?.
Со своей стороны султан принимал меры против беспокойных приморских Черкасов.
Вдоль их берега был сооружен ряд укреплений12. Зажимая их все больше во второй четверти 16-го столетия, туркам удалось изгнать их с земли отцов. В 1552 году они уже оказались на берегах Каспия и в низовьях Волги. Здесь они на время сделались полновластными хозяевами, расположились в Астрахани13, которую в 1556 году передали Грозному и часто обижали нагайцев.
Такое положение в ханстве Астраханском принудило султана выслать туда свои войска.
В сентябре 1569 года через Азов к Волге прошло 340.000 бойцов турок и татар. Из них назад вернулась лишь незначительная часть. Соединенные силы русских и казаков разгромили их под Астраханью. Разгром довершили дожди, голод и болезни.
В Азове в это время ?загорелось неизвестным случаем? 100.000 фунтов пороху. Весь город и замок взлетели в воздух14.
Войска султана были лишены даже зимних квартир.
Как раз в это время и приходил на выручку Астрахани гетман городовых днепровских казаков Вишневецкий, а после этих событий началось интенсивное заселение южных берегов Дона и, судя по диалекту, однородным людским матерьялом. Количество поселенцев далеко превзошло численность отряда Вишневецкого.
Тогда же основан и городок Черкасский.
Эти годы означены также добрыми отношениями с московским царем. Без сомнения они выросли на почве борьбы Черкасов с турками. Издалека, царь и великий князь всея Руся выглядел желанным покровителем христиан в их борьбе против магометан. Обстоятельств, вызывавших горячую вражду к туркам, на юге было достаточно. Переселенцы из российских Украин, хорошо знакомые с мрачной действительностью непрекращающегося московского средневековья, уходя от Москвы, едва ли чувствовали к ней доверие. Поэтому симпатии к царям московским зародились, вероятно, не в среде верховых, а, у низовых, а, зародившись на юге, на юге же сохранялись крепче и дольше. Это очевидно по всему ходу казачьей истории. Домовитыми и обеспеченными казаки были всюду по Дону, а потому экономика здесь дело второстепенное.
В эти годы особенной дружбы с Иваном Грозным, в 1651 году состоялся его брак с Марией Темрюковной, ?из черкас пятигорских девицей?. Тогда же, судя по актам, ?сошли на Москву? последние черкаские князья.
Интересно также отметить, что морские походы с Дона начались лишь после прихода сюда Черкасов, а жалобы на них только с 1584 года15.
Эти десятилетия стали также эпохой расселения Черкасов по Тереку. Недаром Войсковая песня терских казаков вспоминает Грозного царя и признанное за ними право на Терек.
В 1592 году Синан-паша писал царю Федору Ивановичу: ?Да в ведомом месте на речке Черкаской, князь живет, да на Маночи, да под посадом под Бузуком, да на Тереке, да на Суньше реке остроги поделали, да на усть р. Суньши, где впала Суньша в Терку, тут остроги поделали и, под счастливым государством под Дербенью несколько времени казаки ваши стоят и в Дербень, и в иные места тое страны, которые ходят туда и сюда и тем людям шкоту чинят и побивают.?16
В том же году Крымский хан, жалуясь на донских казаков султану, вспоминает четыре новые городка уже близь Азова ?на Маньече, в Черкасской и в Раздорах?.17
После перехода Черкасов с Черноморья в Каспию, начались нападения и на этом море. Агент русско-английской торговой компании Джофрей Дуккет описывает, как во время плавания из Персии в Астрахань, после трехнедельных скитаний по бурному морю, уже недалеко от устьев Волги они были атакованы казаками. Английский экипаж сдался, был высажен в судовую лодку и получил разрешение продолжать путь в Астрахань.
Морской обычай того времени разрешал корсарство, как один из промыслов по всем морям света. А казачий обычай велел щадить христиан.
Все говорит за то, что, после изгнания с Черноморского побережья, черкасы окончательно осели по Дону и по Тереку. Они же, вероятно, заполнили кадры южно-волжских казаков18 и, кажется, уральских. Сроки сходятся.
Были ли черкасы пятигорские полностью народом славянским?
Славянской речью они пользовались ?главным образом?, но, на побережье Черного и Азовского морей, в продолжении 15 веков только исторического существования, они тесно общались с разными и неславянскими соседями. Среди меотийцев, жителей Приазовья, встречались разнообразные народности, племена чисто кавказские, греки, готы, алане19. Нужно принять, что славянским языком пользовалось большинство, но в процессах взаимного влияния и поглощения (некоторые малые народы исчезли без следа) создался особый тип Черкасов, который Карамзин определил, как людей азиатского вида, исповедывающих греческую веру, говорящих на славянско-татарском наречии. От этого наречия к нашему времени остались лишь некоторые незнакомые русским определения да странный акцент донской ?Черкасы?20.
Об этом обособленном типе пятигорских Черкасов говорит и Герберштейн: ?Я должен здесь заметить, что черкасы, живущие на Днепре, - русские и, отличаются от тех, которых я описал выше (как обитающих в горах при Черном море)?.
В днепровских черкасах, потомках торков, ясов, касогов, почти не было славянской крови, но в течение четырех веков общались со славянами и переняли их язык. Уже при татарах иностранцы часто их называют русскими.
В черкасах пятигорских, славянской крови было много больше, но они далеко ушли от общественного типа. Поэтому то, германский посол и считал нужным, подчеркнуть их отличие от Черкасов днепровских. Но, но существу, разница между теми и другими во внешности и в обычае не была настолько велика, чтобы препятствовать, им называться общим именем черкас-казак.
Сами себя казаки иногда называли ?сарынью?. Значение этого слова объясняет летописец применительно к понятиям того времени. Тогда, родословие выводили соответственно по библейским данным. В объяснении летописца ?от Измаила творят Сарини и прозваша имена собе Саракыне, рекше: Сарини есьмы? кроется такой смысл: отказываясь от Измаила, как от сына рабыни Агары, они называют себя детьми свободной Сары, законной жены Авраама. Судя по летописи, торки тоже считали себя ?сариными?.
Особенности речи донского юга не являются его исключительной принадлежностью. Очень похожий акцент, отсутствие шипящих звуков и звука ы обнаруживается также у крымских и кавказских греков в их русском разговоре. Не казачье коренное население Азова, Армавира, Майкопа, Бахчисарая, Керчи и т. д. акцентируют подобным образом.
Эти особенности сложились на юге вследствие длительного общения с кавказскими и крымскими соседями.
Во всяком случае, южно-донской диалект лишь один из указателей направления, с которого шла колонизация южных берегов Дона.
Эти же пути указывают на ряд прямых и косвенных показателей, из которых часть была приведена выше.
Чики, дзиги, пятигорские черкасы изгнанные турками с земель, где их предки жили много веков, после полувековых блужданий осели по южному Дону и по Тереку21.
Этот вывод совершенно не противоречит указаниям русских и польских историков. Он их лишь несколько дополняет. Ведь, это произошло, действительно, после турецкого похода под Астрахань; действительно, там были и черкасы днепровские с кн. Вишневецким; действительно, из-под Астрахани явились основатели городка Черкасского и первые колонизаторы южных берегов нашей реки.
Но ввиду того, что и на Днепре и на Кавказе, они были известны под общим именем Черкасов, а к тому же по типу составляли довольно однородную массу и на ону, явились одновременно с возвращающимися казаками Вишневецкого, авторы источников легко могли смешать одних с другими.
http://cossackweb.narod.ru/kazaki/r_dchrk.htm
