Translit
Чеченский Instagram: не надо бояться
17.06.2018
0
3836
Новая социальная сеть Mylistory еще находится на стадии тестирования, а количество пользователей уже превысило 150 тысяч. Основатель проекта Магомед Эсханов не считает нужным сообщать подробности о членах своей команды и источниках финансирования проекта, зато рассказал о том, как рождалась соцсеть, где хранятся данные пользователей и почему разработчики не боятся конкуренции. نك
Свободные чеченские художники
— Приложение Mylistory — чья идея?
— Идея принадлежит мне. Она очень долго созревала — больше 10 лет. Я пользовался разными соцсетями, и мне всегда хотелось что-то туда добавить, что-то убрать. В голове постепенно формировалось представление, как должна выглядеть идеальная и удобная для пользователя соцсеть. Мозаика складывалась, и вскоре я уже видел, каким должен быть интерфейс, как сделать общение комфортным, а рекламу — неназойливой.
Со временем я познакомился с разными людьми — дизайнерами, программистами. Так собралась команда, в которой есть все необходимые для разработки приложения специалисты.
— Сколько человек сейчас в вашей команде?
— Восемь человек. Все мы стояли у истоков Mylistory, эти люди могут так же, как и я, назвать себя полноценными разработчиками соцсети. За время совместной работы все мы стали не просто друзьями — мы теперь одна семья.
У нас нет офиса, мы в этом плане — свободные художники. Сегодня мы, к примеру, планируем говорить о внешнем дизайне — мы возьмем компьютеры и пойдем с ними в кафе или соберемся у кого-то дома.
— Вы давно работаете в сфере IT?
— По образованию я юрист, но всегда интересовался информационными технологиями, изучал разные языки программирования — начинал с C++, потом освоил остальные. Изучал программы для редактирования фото, занимался 3D-моделированием. С интересом брался за все, что требуется для работы с мобильными приложениями. Сейчас мне 30 лет, и я могу профессионально общаться и с IOS, и с Android-разработчиками. До того, как приступить к разработке Mylistory, принимал участие и в других стартапах, но наша соцсеть — первый продукт, разработанный моей командой от начала и до конца.
— Думаете ли вы о расширении команды?
— Думаем. Скоро будем проводить тестирование и отбор новых сотрудников. Будем проверять не только профессиональные навыки в области программирования, но и моральные качества — они очень важны для того, чтобы поддерживать в команде хороший климат.
— Считается, что чеченцы предпочитают работать с чеченцами. Вас это касается?
— Для меня главное — профессиональные и человеческие качества. Член команды должен быть честным и ответственным, откуда он — не принципиально. Мы готовы брать людей со всего СНГ. Наша команда и сейчас состоит не из одних чеченцев — она интернациональная. Все ребята сейчас находятся в Чечне, все они — россияне.
Прилюдный бан
— Как родилось название?
— Идеи были разные, но я изначально хотел назвать соцсеть именно Mylistory — «история моей жизни». Еще почему-то возникает много вопросов по поводу нашего логотипа — некоторые видят в нем масонские знаки. На самом деле никакой масонской символики. Смысл в том, что пирамида считается самой устойчивой фигурой, но, если ее перевернуть, она тут же становится подобием весов. Если слишком давить на одну из частей, она упадет. Наш логотип символизирует социум: если где-то перегнуть, то все легко рушится.
— Вы обещали удивить пользователей количеством нововведений. Что имелось в виду?
— За короткое время мы написали более 300 тысяч строчек кода. Скоро мы многое поменяем в приложении, в том числе дизайн. Трансформация начнется в ближайшее время, я не хочу с этим тянуть. У нас не будет такой ситуации, когда на радость пользователем обновления выходят раз в полгода. Мы будем часто делать весомые, мощные изменения, несколько раз в месяц как минимум.
Первые несколько месяцев пользователи будут получать то, что они привыкли видеть в соцсетях, — исключительно для их удобства и облегчения адаптации. Некоторые новые функции будут непривычны, потому что практически не применяются в соцсетях.
В ближайшее время мы планируем улучшить плеер, предусмотрев в нем возможность перемотки. И начать воспитательные процессы в интернете: будем блокировать пользователей за оскорбительное поведение.
— Зачем?
— Социальные сети зачастую походят на информационную свалку. Люди приходят туда, чтобы грызться между собой, написать то, что не могут сказать в лицо. Поэтому мы решили разработать такую систему, когда бан будет, скажем так, публичным. Имя пользователя выделяется красным цветом, ставится пометка, что пользователь забанен, вычисляется срок бана и количество нарушений. Прилюдно будем наказывать.
Вне конкуренции
— Вас часто сравнивают с Instagram.
— Я не могу понять почему. Для меня такие сравнения — это как обсуждать сходство двух марок машин. У обеих ведь есть кузов, четыре колеса и один руль. Если сходство между приложениями и есть, то оно объясняется тем, что мы пытались сделать площадку привычной и понятной любому пользователю. Внутри же наши приложения совершенно разные.
— Планируете ли вы конкурировать с другими соцсетями, такими, как «ВКонтакте», Facebook?
— Таких мыслей у меня нет. Я не думаю про импортозамещение, я стараюсь сделать продукт, который нравится пользователю. Нам не нужно ни с кем конкурировать — у нас свой продукт, у них свой. В успешном развитии нашего приложения я не сомневаюсь.
— Были у вас опасения, что пользователи не примут приложение?
— Я не думал об этом, просто делал то, что хотел видеть сам. Мы изначально делали соцсеть для своего круга — для родных, близких. Постепенно появлялись новые люди, нам незнакомые. Им понравилась возможность отправлять аудиосообщения в директ — это очень распространенная фишка. Многие благодарят за то, что мы даем возможность записывать видео длиннее минуты. Сейчас можно записывать трехминутные ролики, но это не предел — мы расширим возможности. Мы не пытаемся загнать пользователя в рамки и не хотим утруждать его разбивкой видеоролика на части.
Реклама от Рамзана Кадырова
— Разработка приложения — дело недешевое. Как вам удалось обойтись без крупных вложений?
— За границей разработка дорогая, потому что там специалисты стоят бешеных денег. Но мы делали проект не ради прибыли, а для себя, поэтому ни на что особенно не тратились. Хотя это и сложное дело.
— Сколько времени ушло на то, чтобы получить конечный продукт?
— Первые наработки начали появляться год назад. Три-четыре месяца назад приступили к активной работе. Но подавляющее большинство пользователей к нам пришло, конечно, после того, как о нас рассказал Рамзан Кадыров. Это не просто везение, мы не были к этому готовы совершенно. Было какое-то состояние эйфории — и радость, и удивление. Ребята, скажем так, прыгали до потолка.
Мы изначально рассчитывали, что приложение наберет популярность медленно, благодаря сарафанному радио, так что еле выдержали свалившуюся на нас нагрузку. К тому же мы находились — и до сих пор находимся — на стадии тестирования.
— Можно ли привести какие-то цифры?
— До регистрации в сети Рамзана Кадырова у нас было около трех тысяч пользователей, а затем за сутки число аккаунтов подскочило до 60 тысяч. В течение нескольких дней их число достигло 100 тысяч. Сейчас у нас больше 150 тысяч пользователей, ежедневно регистрируются 1−2 тысячи. Я мечтал попасть в ТОП-100 по социальным сетям, но в первые несколько дней мы попали в десятку.
Мы получаем из iTunes и PlayMarket данные о географическом расположении пользователей. По ним видно, что нас скачивают по всему миру. Большая часть приходится на страны СНГ, например, Казахстан очень активно скачивает. Что касается России, то скачивания идут по всей стране. Нельзя сказать, что большинство приходится на нашу республику.
«Никакого доступа к данным»
— Ходят слухи, что регистрироваться в Mylistory опасно. Что вы скажете об этом?
— Я думаю, что СМИ просто запугали людей тем, что за ними шпионят. На самом деле наше приложение использует только те данные, которые нужны для его функционирования. Например, запрашивает доступ к галерее, микрофону, камере. Все приложения требуют это — иначе они просто не смогут работать. При этом у самого разработчика нет никакого доступа к данным на чьем-то телефоне. Могу сказать, что система защиты у нас есть, и она многоступенчатая.
Оборудование, на котором хранятся данные, частично находятся в республике, частично в арендованных дата-центрах на территории России. Могу гарантировать, что пользовательские данные в безопасности.
Екатерина Нерозникова
Подробно на сайте Это Кавказ:
Комментариев нет